Мониторинг дела А. Мельника, А. Крыжановского, И. Куника (заседание 19.11.2020)

19 ноября 2020 года в Гадячском районном суде Полтавской области состоялось судебное заседание по делу руководителя телекомпании «Визит» А. Мельника, являющегося одним из трех обвиняемых (вместе с А.Крыжановским, И.Куником) по делу об убийстве мэра г. Кременчуг А.Бабаева и судьи Кременчугского суда А.Лободенко.

Ранее Международное общество прав человека обращалось в Гадячский районный суд Полтавской области с заявлением о проведении видеотрансляции судебных заседаний 18, 19 и 20 ноября. Однако, 23 ноября 2020 года наблюдатель МОПЧ получил ответ, в котором обозначено, что видеотрансляция допускается на основании решения суда, которое принимается коллегией судей с учетом позиции сторон и возможности проведения таких действий без вреда судебному рассмотрению. Так как судья Е. Заколодяжная на больничном, заявление МОПЧ не могло быть рассмотрено, поскольку п. 20-5 раздела XI “Переходных положений” УПК Украины не предусматривает возможность решения данного вопроса председательствующим судьей.

На судебном заседании 19 ноября 2020 года рассматривалось ходатайство прокурора о продлении сроков содержания под стражей.

Вопрос решался председательствующим судьей, поскольку в соответствии с абз.5 п.20-5 раздела ХI «Переходных положений» УПК Украины временно, на период действия карантина, установленного Кабинетом Министров Украины (постановление КМУ № 641 от 22.07.20 с изменениями в соответствии с постановлением № 956 от 13.10.20) с целью предотвращения распространения на территории Украины коронавирусной болезни (COVID-19), в случае невозможности в определенный настоящим Кодексом срок коллегией судей рассмотреть ходатайство о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей, оно может быть рассмотрено председательствующим.

Как и в предыдущих ходатайствах о продлении сроков содержания под стражей, сторона обвинения сослалась на:

  • тяжесть возможного наказания в виде пожизненного лишения свободы.

Однако, ЕСПЧ неоднократно отмечал, что тяжесть обвинения не может сама по себе служить оправданием длительных периодов содержания под стражей («Ечюс против Литвы», п. 94).

Согласно п. 3 ст. 5 Конвенции, по истечении определенного периода времени лишь существование обоснованного подозрения не оправдывает лишение свободы, и суды должны приводить другие основания для продления содержания под стражей («Борисенко против Украины», п. 50). Более того, эти основания должны быть четко указаны национальными судами («Елоев против Украины», п. 60; «Харченко против Украины», п. 80).

Существование обоснованного подозрения в совершении задержанным лицом преступления является обязательным и непременным условием законности его продолжающегося содержания под стражей, но по истечении времени такого подозрения будет недостаточно для обоснования длительного содержания под стражей. Суд никогда не пытался перевести эту концепцию в четко определенное количество дней, недель, месяцев или лет, или в разные сроки в зависимости от тяжести преступления. Как только «умного подозрения» уже недостаточно, суд должен установить другие, приведенные судами основания, которые продолжат оправдывать лишение лица свободы («Мэгги и другие против Соединенного Королевства», п. 88-89).

ЕСПЧ также напоминает о неизменности оснований для подозрения. Если арестованное лицо совершило правонарушение, это является условием sine qua non для того, чтобы дальнейшее содержание его под стражей считалось законным, но через некоторое время это условие уже перестает быть достаточным. Тогда Европейский Суд должен установить другие причины, на которых основываются решения судебных органов, которые продолжают оправдывать лишение свободы. Если эти основания оказываются “соответствующими” и “достаточными”, тогда Суд выясняет, обнаружили ли компетентные национальные органы “особую добросовестность” в осуществлении производства («Лабита против Италии», п. 153).

  • риск давления на потерпевших и свидетелей.

В п. 73 Решения ЕСПЧ «Любименко против России», Европейский Суд признает, что власти могли обоснованно считать, что риск давления на свидетелей и присяжных присутствовал изначально. Однако Европейский Суд не убежден, что это основание само по себе может оправдать весь пятилетний период содержания заявителя под стражей. Действительно, национальные суды сослались на риск затруднения судебного разбирательства в краткой форме, не указав на какой-либо аспект характера или поведения заявителя, в подтверждение своего вывода о том, что он, вероятно, прибегнет к запугиванию. По мнению Европейского Суда, такой обычно сформулированный риск не может служить оправданием для содержания заявителя под стражей в течение более пяти лет. Национальные суды не учли тот факт, что это основание неизбежно становилось все менее и менее актуальным с течением времени. Мотивация судов не развивалась, чтобы отразить развивающуюся ситуацию и проверить, сохранила ли достаточность на продвинутой стадии разбирательства это основание. Таким образом, Европейский суд не убежден в том, что на протяжении всего периода содержания заявителя под стражей существовали веские основания для опасения того, что он будет мешать свидетелям или присяжным заседателям или иным образом препятствовать рассмотрению дела, и, разумеется, не для того, чтобы перевесить право заявителя провести судебное разбирательство в течение разумного периода времени или быть освобожденным в ожидании суда.

В результате рассмотрения. ходатайство стороны обвинения было удовлетворено. Суд аргументировал свою позицию:

  • тем, что существует реальная необходимость допроса большого количества свидетелей, поэтому существует объективный риск давления на свидетелей, а А. Мельник может предпринимать действия, которые будут препятствовать судебному рассмотрению.
  • ссылаясь на мотив и способ уголовного правонарушения, который имеет высокий уровень общественной опасности.

Международное общество прав человека в каждом отчете по результатам мониторинга судебных заседаний, на которых поднимался вопрос о продлении меры пресечения, выражает свою обеспокоенность ситуацией и считает, что продление сроков содержания под стражей А. Мельнику, А. Крыжановскому, И. Кунику может иметь характер автоматического. Следуя позициям ЕСПЧ, приведенным выше, такие действия Государства могут нарушать права обвиняемых, предусмотренные ст. 5 Европейской Конвенции.

Со слов адвоката, в судебном заседании председательствующий судья рассмотрел ходатайство прокурора, однако отказал в рассмотрении ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения. Международное общество прав человека выражает свою обеспокоенность относительно нарушения принципа равенства в  деле А. Мельника, А. Крыжановского, И. Куника. Мы считаем, что принцип равенства должен быть реализован независимо от непредвиденных форс-мажорных условий, таких как, например, карантин. Ведь,  принцип равенства сторон является лишь одной из особенностей более широкой концепции справедливого судебного разбирательства, которая также включает фундаментальное право на состязательность уголовного судопроизводства ( «Барбера, Мессеге и Джабардо против Испании», пп. 33 -34).

Международное общество прав человека продолжит мониторинг уголовного производства А. Мельника, А. Крыжановского, И. Куника.