Мониторинг уголовного производства Шаповала Н.П. (заседание 27.04)

27 апреля 2020 года в Артемовском горрайонном суде Донецкой области проводилось слушанье по обвинению Шаповала Николая Петровича в совершении преступления предусмотренного п.1,4 ч.2 ст.115 УК Украины.

В ходе судебного заседания прокурор подал ходатайство о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей так как продолжают существовать риски, предусмотренные п 1,3,5 ч.1 ст. 177 УПК Украины (2012 года), подсудимый может скрыться от суда, оказывать давление на потерпевших, свидетелей, совершить новое преступление.

Защитник просил отказать в удовлетворении данного ходатайства прокурора, так как «…оно не обосновано, в ходатайстве не указаны доказательства, которые подтверждают риски, нет доказательств вины подсудимого, мера наказания – пожизненное лишение свободы, не является риском, нельзя говорить о том, что подсудимый неоднократно судимый, ранее он осуждался только один раз, по данному делу приговор не постановлен, через неделю подсудимый уже как 10 лет содержится под стражей, а по «закону Савченко» это 20 лет, после отбытия 20 лет наказания есть основания для обращения за помилованием».

Кроме того, сам обвиняемый просил избрать в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста, так администрация СИ-6 создает ему не надлежащие условия содержания под стражей, он покусан клопами, вынужден был отказаться от пищи, которую предоставляет администрация, так как она не надлежащего качества, кроме того в камере, где он содержится, течет вода с потолка, одежда за 3 суток не высыхает. Он просил перевести его в другое помещение, но ему было оказано. Обвиняемый считает, что такие условия содержания — это прямая угроза для его жизни. Он не будет оказывать влияние на свидетелей и не скроется от суда. Он физически не может находится под стражей в таких условиях.

В результате рассмотрения суд удовлетворил ходатайство прокурора.

Предстатели МОПЧ обеспокоены сроками рассмотрения данного дела, отсутствием надлежащего обоснования рисков, которые ложатся в основу решения о продлении сроков содержания под стражей, а так же условиями содержания обвиняемого.

Ст. 6 Конвенции признает за каждым лицом, преследуемым по уголовному делу, право получить в разумный срок окончательное решение об обоснованности обвинения, направленного против него, а точнее достижение того, чтобы обвиняемые не оставались в течении долгого времени под тяжестью обвинения и чтобы было вынесено решение об обоснованности обвинения («Вемхов против Германии» п. 18, «Джулия Манцони против Италии» п. 25, «Броуган и другие против Соединенного Королевства» п. 65)

Изучив историю судебных решений по делу можно установить, что в 2020 году в судебных заседаниях рассматривались исключительно вопросы продления меры пресечения.

Согласно п. 3 ст. 5 Конвенции по истечении определенного периода времени именно лишь существование обоснованного подозрения не оправдывает лишения свободы, и суды должны приводить другие основания для продления содержания под стражей («Борисенко против Украины» п. 50). Более того, эти основания должны быть четко указаны национальными судами («Елоев против Украины» п. 60, «Харченко против Украины» п. 80).

Суд часто устанавливал нарушение п. 3 ст. 5 Конвенции в случаях, когда национальные суды продолжали содержания под стражей, ссылаясь в основном на тяжесть обвинений и используя шаблонные формулировки, даже не рассматривая конкретных фактов или возможности применения альтернативных мер («Харченко против Украины» пп. 80-81; «Третьяков против Украины» п. 59).

Существование обоснованного подозрения в совершении задержанным лицом преступления является обязательным и непременным условием законности ее продолжающегося содержания под стражей, но по истечении времени такого подозрения будет недостаточно для обоснования длительного содержания под стражей. Суд никогда не пытался перевести эту концепцию в четко определенное количество дней, недель, месяцев или лет, или в разные сроки в зависимости от тяжести преступления. Как только «умного подозрения» уже недостаточно, суд должен установить, другие приведенные судами основания продолжают оправдывать лишение лица свободы («Мэгги и другие против Соединенного Королевства” п. 88-89).

Обвиняемый ранее судим, и вменяемое ему преступление характеризуется особой тяжестью. Однако, даже в делах такой сложности продление сроков содержания под стражей должно быть четко аргументированно. И это требование, в первую очередь, установлено для Прокуратуры. Представители МОПЧ многократно акцентировали внимание, что «бремя» аргументации продления меры пресечения возлагается на суд, в то время как прокуроры пользуются шаблонными формулировками, без ссылки на конкретные факты подтверждающие риски, рассчитывая на автоматическое продление.

И даже если сроки содержания под стражей продолжаются, Европейский Суд по правам человека неоднократно подчеркивал, что государство должно обеспечить содержание лица под стражей в условиях, которые соответствуют принципу уважения их человеческого достоинства, а способ и метод и ограничения  свободы не наносят ей душевного страдания или трудностей, которые превышали неотвратимый уровень страдания, присущий содержанию под стражей, и чтобы с учетом практических требований заключения должным образом обеспечивались здравоохранение такого лица и его благополучия («Кудла против Польщи», п. 92-94) .

Таким образом, в деле, случайным образом выбранном в перечне трансляций судебных заседаний сосредоточено столько негативных тенденций. Представители МОПЧ продолжат мониторинг данного дела через трансляции. Следующее судебное заседание назначено на 25 мая 2020 года.