Мониторинг  дела  Максима  Кривоша  (заседание 23.07.2020)

23.07.2020 года в Луцком горрайонном суде Волынской области состоялось рассмотрение дела в уголовном производстве номер 12020030000000540 по подозрению Максима Степановича Кривоша  в совершении:

  • захвата и содержания лиц в качестве заложников с угрозой уничтожения людей, в т.ч. в отношении несовершеннолетнего, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст.147 ч.2 УК Украины;
  • террористического акта, то есть применении оружия и совершении взрыва, что создавали опасность для жизни и здоровья человека, с целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения, влияния на совершение действий должностными лицами органов государственной власти и привлечения внимания общественности к его политическим взглядам, а также угрозе совершения указанных действий в тех же целях, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст .258 ч.1 УК Украины;
  • посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа в связи с выполнением этим работником служебных обязанностей, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст.348 УК Украины;
  • незаконного хранения огнестрельного оружия и взрывчатых веществ, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст .263 ч.1 УК Украины.

Уголовное производство по обвинению Кривоша М.С. рассматривалось следственным судьей Луцкого горрайонного суду Волынской области Сивчук А.С. Международное общество прав человека начинает мониторинг данного дела.

Ход заседания. Старший следователь по ОВД СБУ  обратился в Луцкий горрайонный суд Волынской области с ходатайством (согласованным с прокурором в уголовном производстве – заместителем прокурора Волынской области А.Я. Семенюком) о применении меры пресечения в виде содержания под стражей сроком на 60 дней в отношении подозреваемого М.С. Кривоша, мотивируя тем, что последний подозревается в совершении преступлений, которые согласно со ст. 12 УК Украины относятся, в частности, к категории тяжких и особо тяжких преступлений, не работает, не имеет официального источника дохода, а также постоянного места жительства. Кроме того, следователь И.П. Ляшук сослался на наличие рисков, предусмотренных ст.177 УПК Украины, а именно то, что находясь на свободе, подозреваемый может скрываться от органов досудебного расследования и суда, незаконно влиять на потерпевших, свидетелей, экспертов в уголовном производстве, препятствовать уголовному производству иным образом, совершать другие уголовные преступления.

Прокуроры О.С. Костюк и В.М. Старчук полностью поддержали ходатайство и просили суд полностью его удовлетворить, избрав Максиму Кривошу меру пресечения в виде содержания под стражей сроком на 60 дней без возможности внесения залога. Сторона обвинения отметила, что преступления в которых подозревается Кривош М.С., совершены с применением насилия и угрозой его применения к значительному количества пострадавших, в том числе к сотрудникам правоохранительных органов, с использованием оружия, боевых припасов, взрывных устройств и веществ.

Подозреваемый Максим Кривош в судебном заседании отказался высказывать свою позицию относительно заявленного ходатайства следователя. Его адвокат – С.А.  Тиможинский просил суд постановить законное процессуальное решение и просил учесть тот факт, что указанные в ходатайстве следователя риски являются субъективными.  Защитник просил обратить особенное внимание на крепкие социальные связи подозреваемого, а именно наличие жены и несовершеннолетнего сына, который пребывает на его содержании.

По мнению адвоката, в ходатайстве об избрании меры пресечения следователь в основном ссылается на тяжесть обвинения.

Международное общество прав человека обращает внимание, что ЕСПЧ в своих решениях высказывал свое несогласие с тем, что органы судебной власти часто ссылаются на вероятность того, что к заявителю может быть применено строгое наказание, учитывая тяжесть преступлений, в совершении которых он обвинялся, тем самым обращая внимание, что сама по себе тяжесть обвинения не может служить оправданием длительных периодов содержания под стражей…» («Москаленко против Украины» п. 36). Тем не менее тяжесть выдвинутых обвинений, риск уклонения от следствия могут быть основанием для вынесения постановления об избрании меры пресечения впервые («Буряга против Украины»). Само лишь наличие обоснованного подозрения, что задержанное лицо совершило преступление, является условием sine qua non законности содержания под стражей («Кляхин против России»).

ЕСПЧ повторяет, что любое лишение свободы, кроме соответствия одному из исключений, указанных в подпунктах «а» – «f» пункта 1 статьи 5 Конвенции, должно также быть «законным», если «законность» заключения под стражу и, в частности, соблюдение «порядка, установленного законом», находятся под вопросом, Конвенция, по сути, отсылает к национальному законодательству и устанавливает обязанность обеспечивать соблюдение его материальных и процессуальных норм ( решение по делам «Еркало против Нидерландов», п. 52, «Барановский против Польши», п. 50 ).

При оценке законности содержания под стражей Суд также должен выяснить, соответствует ли сам национальный закон Конвенции и, в частности, общим принципам, сформулированным в Конвенции, или вытекающим из нее. «Качество закона» означает, что, когда национальное законодательство позволяет лишение свободы, оно должно быть достаточно доступным, четким и предсказуемым при его применении во избежание любой опасности произвола. Установленный Конвенцией стандарт «законности» требует, чтобы все законодательство было сформулировано с достаточной четкостью, чтобы позволить лицу, при необходимости, путем предоставления соответствующего совета при соответствующих обстоятельствах, предвидеть последствия, к которым может привести определенное действие. Когда речь идет о лишении свободы, важно, чтобы национальное законодательство четко определяло условия заключения под стражу и содержания под стражей («Дель Рио Прада против Испании», п. 125).

Европейский суд с прав человека утверждает, что требование законности не может быть обеспечено только лишь путем соблюдения национального законодательства, которое само по себе должно отвечать Конвенции («Плешо против Венгрии», п. 57), поэтому лишение свободы может быть в целом законным с точки зрения внутреннего права, но, произвольным,  исходя из  содержания Конвенции, нарушая тем самым ее положения.

С этого следует, что решение суда о взятии под стражу или продолжении строка содержания под стражей будет обоснованным не только если оно соответствует национальному законодательству, но и принято с учетом положений Конвенции и решений Европейского суда.

Суд, посовещавшись, принял решение удовлетворить ходатайство следователя, применить к подозреваемому Кривошу М.С. меру пресечения в виде содержания под стражей сроком на 60 дней, срок которого вычислять с момента фактического задержания с 21 час. 30 мин. 21.07.2020 до 18.09.2020 включительно, без определения размера залога.

Эксперты Международного общества прав человека продолжают мониторинг данного уголовного производства.