Мониторинг дела А. Мельника, А. Крыжановского, И. Куника (заседание 09.04.20)

9 апреля в Гадяцком районном суде Полтавской области состоялось очередное судебное заседание по делу руководителя телекомпании «Визит» Александра Мельника, являющегося одним из трех обвиняемых (вместе с А.Крыжановским, И.Куником) по делу об убийстве мэра г. Кременчуг А.Бабаева и судьи Кременчугского суда А.Лободенко.

На судебном заседании продолжили рассматривать ходатайство прокурора о продлении меры пресечения обвиняемому А. Крыжановскому и И. Кунику.

Обвинение утверждает, что судебное рассмотрение в Гадяцком суде длится 1 год и 9 месяцев. За это время изучены письменные доказательства по одному эпизоду и только часть письменных доказательств по другому эпизоду, которые вменяются обвиняемым. Не исследованными остались вещественные доказательства, экспертизы, не допрошены свидетели по обоим эпизодам.

Прокурор Д. Москаленко на заседании 9.04 продолжил утверждать, что позиция защиты А. Крыжановского согласована с другими обвиняемыми и имеет признаки «процессуальной диверсии». Говоря о «процессуальной диверсии», обвинение указывает на то, что защита Александра Мельника заявляет ходатайства, которые не связаны с рассмотрением дела. Что удивительно, «процессуальная диверсия» защиты А. Крыжановского также обосновывается действиями защиты Мельника.

Эксперты МОПЧ отмечают тот факт, что ходатайство мотивируется обстоятельствами, не предусмотренными законом. Суд, в свою очередь, не дает оценку вышеизложенному, что может свидетельствовать о согласии с обвинением в «процессуальной диверсии» защиты. В это же время, есть не безосновательное опасение, что в данном производстве не выполняется задача уголовного процесса в контексте обеспечения прав, свобод и законных интересов участников процесса, в том числе в части обоснования предусмотренных УПК оснований для продления содержания под стражей.

Обосновывая наличие рисков, прокурор Москаленко отметил следующие обстоятельства:

1) Тяжесть возможного наказания в виде пожизненного лишения свободы является основанием того, что обвиняемые могут скрываться от суда;

3) электронные средства контроля не совершенны;

6) еще не был проведен допрос свидетеля – И. Пасичного (прим. одного из обвиняемых по делу, который пошел на сделку с прокурором и уже вышел на свободу);

7) А. Крыжановский служил в Советской армии;

8) на территории Украины есть неподконтрольные украинской власти территории.

Каждый отчет по делу А. Мельника и других, который включает в себя анализ ходатайства прокурора о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей, имеет в себе ссылки на решения Европейского суда по правам человека, где указано, что ЕСПЧ признает, что подозрение в совершении серьезных преступлений может первоначально оправдать  содержание под стражей. На начальном этапе разбирательства, необходимость обеспечения надлежащего проведения расследования и предотвращения побега или повторного совершения правонарушения может оправдать содержание под стражей. Однако, несмотря на то что суровость вынесенного приговора является важным элементом оценки риска побега или повторного правонарушения, Суд напоминает, что тяжесть обвинений сама по себе не может служить оправданием длительных сроков предварительного заключения (§ 102, Панченко против России). Что касается наличия риска побега, Суд напоминает, что такая опасность не может быть измерена только на основании строгости приговора, с которым он столкнулся (§ 106, Панченко против России).

Тем не менее, каждые 2 месяца, когда приходит время решать вопрос меры пресечения, именно этот риск ложится в основу как ходатайства прокурора, так и определения суда. И Международное общество прав человека констатирует, что содержание под стражей обвиняемый является безосновательным и имеет автоматический, т.е. такой, которые не включает в себя новых рисков и каких-либо новых обоснований, характер.

Мотивы стороны обвинения о давлении на свидетелей и потерпевших должны быть подтверждены доказательствами.

В § 73 Решения ЕСПЧ «Любименко против России», Европейский суд признает, что власти могли обоснованно считать, что риск давления на свидетелей и присяжных присутствовал изначально. Однако Европейский Суд не убежден, что это основание само по себе может оправдать весь пятилетний период содержания заявителя под стражей. Действительно, национальные суды сослались на риск затруднения судебного разбирательства в краткой форме, не указав на какой-либо аспект характера или поведения заявителя, в подтверждение своего вывода о том, что он, вероятно, прибегнет к запугиванию. По мнению Европейского Суда, такой обычно сформулированный риск не может служить оправданием для содержания заявителя под стражей в течение более пяти лет. Национальные суды не учли тот факт, что это основание неизбежно становилось все менее и менее актуальным с течением времени. Мотивация судов не развивалась, чтобы отразить развивающуюся ситуацию и проверить, сохранила ли достаточность на продвинутой стадии разбирательства это основание. Таким образом, Суд не убежден в том, что на протяжении всего периода содержания заявителя под стражей существовали веские основания для страха того, что он будет мешать свидетелям или присяжным заседателям или иным образом препятствовать рассмотрению дела, и, разумеется, не для того, чтобы перевесить право заявителя. провести судебное разбирательство в течение разумного периода времени или освободить в ожидании суда.

Сторона обвинения еще в феврале 2020 года в ходатайстве о продлении меры пресечения цитировала дело ЕСПЧ «Лабита против Италии». Но после того, как эксперты МОПЧ выявили манипуляции  и выборочное цитирование прокурором текста данного решения, уже в данном ходатайстве прокурор не говорит о названии дела ЕСПЧ, но по прежнему цитирует его.

В § 152 дела ЕСПЧ «Лабита против Италии» говорится, что в соответствии с судебной практикой Суда, вопрос о разумности срока заключения не может оцениваться абстрактно (in abstracto). Разумность нахождения обвиняемого под стражей должна определяться в каждом случае в зависимости от особенностей дела. Продолжительное заключение под стражу может быть оправданным, если присутствуют специфические индикаторы насущности общественного интереса, который, несмотря на презумпцию невиновности, превалирует над уважением к индивидуальной свободе.

Первым для национальных органов судебной власти является обязательство по обеспечению того, что предварительное заключение обвиняемого не превышает разумные сроки. Для этого они обязаны рассмотреть все факты за и против наличия подлинного общественного интереса, принимая  в должное внимание презумпцию невиновности, не применение правила об уважении индивидуальной свободы и изложить все эти факторы в решении, отказывающем заявителю в освобождении. Именно на основании указанных доводов для принятия решения и фактов, упомянутых Заявителем в своих жалобах, Суд призван решить имеет ли место нарушение Статьи 5 § 3 Конвенции (§ 152 Лабита против Италии).

При этом следует отметить, что уже в следующем § 153 дела ЕСПЧ «Лабита против Италии», указано, что настойчивость разумного подозрения в том, что арестованный совершил преступление, является (важнейшим) условием sine qua non для законности длящегося заключения, однако по прошествии времени, недостаточным.  В таких случаях Суд должен установить, были ли предоставлены судебными властями основания для продолжения лишения свободы. Там, где такие основания были «относящимися к делу» и «достаточными», Суд обязан также выяснить продемонстрировали национальные власти «особую прилежность» в проведении расследования и рассмотрения дела.

В этом же деле, для справки, обвиняемый пребывал под стражей всего 2 года и 7 месяцев.

В §§  163, 164 дела ЕСПЧ «Лабита против Италии», Суд отмечает, что основания для соответствующих решений были разумными, по крайней мере, в начале, хотя и носили общий характер. Власти сослались на заключенных в целом и только абстрактно упомянули сущность вменяемого преступления. Они не указали на какие либо факторы, демонстрирующие то, что риски, на которые они ссылаются, существуют и не установили то, что Заявитель, который ранее не привлекался к уголовной ответственности и чья роль в организации мафиозного типа была предположительно незначительной (прокурор просил 3-х годичного срока  наказания по данному делу),  представлял собой опасность. Не был принят во внимание факт того, что обвинения против Заявителя базировались на доказательстве, которое с течением времени, стало слабее, а не сильнее.

Суд считает, что основания, указанные в оспариваемых решениях, не являются достаточными для обоснования предварительного заключения Заявителя на протяжении 2 лет и 7 месяцев.

Таким образом, в контексте того решения ЕСПЧ, которым прокурор мотивирует свое ходатайство, продление меры пресечение для обвиняемых в данном деле являетсянеобоснованным.

Сторона защиты заявила ходатайства об изменении меры пресечения А. Крыжановскому и И. Кунику. Позиция защиты заключается в необоснованности ходатайств прокурора и отсутствия доказательств, неудовлетворительное состояние здоровья обвиняемых, введения режима чрезвычайной ситуации и карантина (запрет собираться больше 2 людей в одном месте), отсутствия фактов невыполнения процессуальных обязанностей. МОПЧ настаивает на том, что в связи с карантинными мерами, из-за которых приостановлено сообщение между городами страны, а также перекрыты воздушные и практически все наземные границы, необходимо учитывать снижение риска скрыться от суда.

Кроме этого, особое внимание следует обратить на производства, в которых сроки содержания под стражей уже достигают минимального наказания, предусмотренного УК (в т.ч. в случаях, на которые распространяется так называемый «закон Савченко»). В данном деле, срок содержания под стражей уже превысил 5,5 лет и более полугода назад п. § 9 дела ЕСПЧ «Левченко и другие против Украины», Суд рассмотрев все имеющиеся материалы, пришел к выводу, что в данном деле продолжительность досудебного содержания под стражей заявителей является чрезмерной. Ввиду того, что дело ЕСПЧ «Левченко и другие против Украины» рассматривается в отношении ранее обвиняемого И. Пасичного (по его заявлению), факт полного игнорирования судом предписаний данного дела, вызывает глубокую озабоченность у экспертного совета МОПЧ.

Суд вынес решение о продление меры пресечения всем обвиняемым.

Следующие судебное заседание назначено на 22.04.2020 года.

Эксперты Международного общества прав человека продолжат мониторинг данного судебного процесса.