Мониторинг дела А. Мельника, А. Крыжановского, И. Куника (заседание 8.04.20)

8 апреля в Гадяцком районном суде Полтавской области состоялось очередное судебное заседание по делу руководителя телекомпании «Визит» Александра Мельника, являющегося одним из трех обвиняемых (вместе с А.Крыжановским, И.Куником) по делу об убийстве мэра г. Кременчуг А.Бабаева и судьи Кременчугского суда А.Лободенко.

На данном судебном заседании рассматривались ходатайства прокурора о продлении сроков содержания под стражей обвиняемым Мельнику и Крыжановскому. Напомним, что обвиняемый Александр Мельник (как и А.Крыжановский и И.Куник) содержится под стражей с сентября 2014 года что составляет срок заключения уже более 5,5 лет. И уже только в Гадяцком районном суде дело рассматривается почти 2 года.

Международное общество прав человека занимается мониторингом данного процесса с 2017 года. Наибольшую обеспокоенность у группы наблюдателей вызывают нарушения, связанные с отсутствием адекватной медицинской помощи обвиняемым, игнорирование решения по данному процессу и общей практики ЕСПЧ и др. Особое внимание МОПЧ обращал на автоматическое продлением меры пресечения в виде содержания под стражей для всех троих обвиняемых.

В течение всего срока мониторинга данного процесса, группа прокуроров, заявляя ходатайство о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей, ограничивалась озвучиванием перечня рисков, обозначенных статьей 177 УПК Украины. Без их обоснования, а также обоснования того, почему к обвиняемым не может быть применена альтернативная мера пресечения, например, круглосуточный домашний арест. Тем не менее, такие ходатайства (формально не отвечающее требованиям УПК) систематически удовлетворялись судом.

С целью недопущения злоупотребления прокурором своими полномочиями, реализации принципа гласности судебных заседаний, а также в связи с карантинными мерами, связанными с распространением вирусной инфекции COVID-19, исключающей физическое присутствие наблюдателей на судебных заседаниях, МОПЧ просил Гадяцкий районный суд о проведении видеотрансляции судебных заседаний 8 и 9 апреля 2020. Международное общество прав человека выражает свою признательность суду за удовлетворение данной просьбы (заявления), свидетельствующей об открытости суда перед правозащитным сообществом.

Тем не менее, даже проведение видеотрансляции не смогло отобразиться на обоснованности ходатайства прокурора о продлении сроков содержания под стражей прокурора. Хотя, нужно признать, что оно стало немного более информативным. Как обычно, прокурор Д. Москаленко указал на то, что риски не уменьшились и только содержание под стражей сможет гарантировать исполнение А. Мельником своих процессуальных обязанностей и предотвратить риски.

Суть заседания. В своем ходатайстве прокурор Д. Москаленко указал следующее:

1) Тяжесть возможного наказания в виде пожизненного лишения свободы –  основание того, что обвиняемые могут скрываться от суда;

2) «Процессуальная диверсия», направленная на затягивание рассмотрение дела стороны защиты (Заявление ходатайства стороны защиты об обеспечении обвиняемого Мельника средствами мобильной связи и интернета) свидетельствует, что даже при такой мере пресечения А. Мельник пытается уклониться от суда;

3) Несовершенство электронных средств контроля;

4) Давления на потерпевшую Шляховую – путем дискредитации ее адвоката Кононенка в судебном заседании;

5) Наличия у Мельника значительных финансовых средств;

6) Риск давления на свидетелей.

Практика ЕСПЧ.

  1. Что касается тяжести возможного наказания, Европейский суд по правам человека признает, что подозрение в совершении серьезных преступлений может первоначально оправдать содержание под стражей. На начальном этапе разбирательства, необходимость обеспечения надлежащего проведения расследования и предотвращения побега или повторного совершения правонарушения может оправдать содержание под стражей. Однако, несмотря на то что суровость вынесенного приговора является важным элементом оценки риска побега или повторного правонарушения, Суд напоминает, что тяжесть обвинений сама по себе не может служить оправданием длительных сроков предварительного заключения ( 102, Панченко против России). Напомним, что А.Мельник содержится вод стражей более 5.5 лет, что никак не может считаться «первоначальным этапом».
  2. Что касается наличия риска побега, Суд напоминает, что такая опасность не может быть измерена только на основании строгости приговора, с которым он столкнулся (§ 106, Панченко против России). Мотивы стороны обвинения о давлении на свидетелей и потерпевших должны быть подтверждены доказательствами. Кроме того, на период проведения карантинных мер все границы Украины (и воздушные, и наземные) являются закрытыми. Риск скрыться от суда путем побега на данном этапе существенно минимизируется.
  3. В 73 Решения ЕСПЧ «Любименко против России», Европейский суд признает, что власти могли обоснованно считать, что риск давления на свидетелей и присяжных присутствовал изначально. Однако Европейский Суд не убежден, что это основание само по себе может оправдать весь пятилетний период содержания заявителя под стражей. Действительно, национальные суды сослались на риск затруднения судебного разбирательства в краткой форме, не указав на какой-либо аспект характера или поведения заявителя, в подтверждение своего вывода о том, что он, вероятно, прибегнет к запугиванию. По мнению Европейского Суда, такой обычно сформулированный риск не может служить оправданием для содержания заявителя под стражей в течение более пяти лет. Национальные суды не учли тот факт, что это основание неизбежно становилось все менее и менее актуальным с течением времени. Мотивация судов не развивалась, чтобы отразить развивающуюся ситуацию и проверить, сохранила ли достаточность на продвинутой стадии разбирательства это основание. Таким образом, Суд не убежден в том, что на протяжении всего периода содержания заявителя под стражей существовали веские основания для опасения того, что он будет мешать свидетелям или присяжным заседателям или иным образом препятствовать рассмотрению дела, и, разумеется, не для того, чтобы перевесить право заявителя. провести судебное разбирательство в течение разумного периода времени или освободить в ожидании суда.

Международное общество прав человека не может дать оценку доводов стороны обвинения о «процессуальной диверсии» стороны защиты, ввиду того что такая терминология отсутствует в процессуальном законе. Однако, группа наблюдателей, которые в течение нескольких лет занимаются мониторингом данного процесса просили указать, что слова прокурора о давлении на потерпевшую, об угрозах прокурору, циничные и дерзкие высказывания они, не смотря на объективный подход к написанию отчетов, не подтверждают и считают, что данные слова могут иметь характер манипуляций стороны обвинения на камеру в связи с проведением видеотрансляции.

Адвокат А. Мельника – Руслан Лазоренко внес ходатайство об изменении меры пресечения, которое мотивировано следующим:

  • Мельник является участником ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, в следствии чего является инвалидом 2 группы, имеет многочисленные острые и хронические заболевания, подтвержденные протоколами осмотров врачей. Кроме того, с течением времени, количество и серьезность заболеваний только растет.

2)  Неоднократно избирался депутатом;

3) Член общественных организаций;

4) Мера пресечения была избрана на основании ходатайства прокурора Д. Ходатенка, который не был уполномочен в данном уголовном производстве;

5) Содержание под стражей более 5 лет это нарушение разумных сроков.
В § 9 дела ЕСПЧ «Левченко и другие против Украины» (содержащее жалобу по данному процессу), Суд рассмотрев все имеющиеся материалы, считает, что в данном деле продолжительность досудебного содержания под стражей заявителей была чрезмерной. Факт полного игнорирования национальным судом предписаний ЕСПЧ по данному дела, вызывает глубокую озабоченность у правозащитного сообщества.

6) Формальный характер ходатайства прокурора о продлении меры пресечения. Риски не подтверждены фактическими обстоятельствами.

Адвокат Миронов сообщил, что обоснование подозрения прокурором зиждется на показаниях обвиняемого А. Крыжановского, которые он давал на досудебном расследовании. При этом, в судебных заседаниях Александр Крыжановский опроверг эти показания, сославшись на применение пыток и давления со стороны обвинения на него и его семью.

Эксперты Международного общества прав человека продолжат мониторинг данного судебного процесса.