13 сентября 2020 года завершил свою работу трибунал «Принудительный труд в политической тюрьме ГДР»,  организованный Союзом Ассоциаций Жертв  Коммунистической Тирании (САЖКТ) и его партнерами,  Центром по Правам Человека Котбуса (ЦПЧК), Международным Обществом по Правам Человека (МОПЧ) и Мемориальным Фондом Жертв Коммунизма (МФЖК).  Высококлассное международное жюри, в состав которого  вошли два члена Бундестага от ХДС/ ХСС и СвДП, за последние два дня прослушало различные доклады экспертов и в общей сложности показания 14 свидетелей, прежде чем представить свое финальное заключение в виде  «Котбусской декларации о принудительном труде в ГДР».

Котбусская декларация о принудительном труде в ГДР

Франкфурт 14.09.2020 – Почему этот трибунал? Почти все заявления о признании посттравматических заболеваний, вызванных принудительным трудом, были и остаются отклоненными, и многие бывшие политзаключенные ГДР отчаянно нуждаются в решение этой проблемы. Поэтому важным пунктом этой декларации является требование об отмене бремени доказывания в случае выявления осложнений заболеваний, вызванных вследствие принудительного труда. Одной из целей является обеспечение того, чтобы теперь бывшим жертвам не приходилось всю оставшуюся жизнь бороться за признание их в качестве потерпевших в суде. Ниже приведена точная формулировка декларации.

С 11 по 13 сентября 2020 года, по приглашению Союза Ассоциаций Жертв Коммунистической Тирании (САЖКТ), в Центра по Правам Человека в Котбуссе, бывшем исправительном учреждении ГДР, состоялся трибунал «Принудительный труд в политической тюрьме ГДР». Перед международным жюри была поставлена задача определить, “выполняются ли характеристики запрещенного принудительного труда и эксплуатации в соответствии с международно-признанными определениями” в отношении политических заключенных диктатуры СЕПГ.

Присяжные заслушали несколько докладов экспертов об определении принудительного труда, его остракизме в соответствии с международным правом и о принципах принудительного труда политических заключенных ГДР в различных отраслях промышленности. Присяжные заслушали несколько докладов экспертов об определении принудительного труда, его остракизме в соответствии с международным правом и о принципах принудительного труда политических заключенных ГДР в различных отраслях промышленности. Кроме того, присяжные опросили 14 бывших политических заключенных (четырех женщин и десять мужчин), которые использовались для принудительного труда на промышленных предприятиях ГДР в различных отраслях промышленности и в разное время в период их заключения.

Прослушав доклады и опросив актуальных свидетелей, присяжные пришли к выводу, что пенитенциарная система ГДР является одним из крупнейших работодателей в рамках государственной плановой экономики ГДР. С этой целью в системе исполнения наказаний ГДР с ее объектами функционировала разветвленная сеть фирм по трудоустройству, в которой на самых различных предприятиях ГДР имелись производственные мощности, произведенные для ее целей, с учетом общей обязанности заключенных работать в ГДР.

Многие из полученных продуктов предназначались для экспорта в несоциалистическую экономическую зону. Индивидуальный обвинительный приговор, вынесенный судом, как того требует международное право, не состоялся. Заключенным не разрешалось выбирать себе профессию и не учитывалась их профессиональная квалификация. Вместо этого заключенные должны были работать исключительно в соответствии с руководящими принципами национального экономического плана и возможностями соответствующего учреждения.

Во многих случаях на предприятиях не соблюдались законодательные положения об охране труда, которые в противном случае применялись бы в ГДР. Заключенным приходилось работать дольше, чем в обычных условиях. Как правило, тюрьмы также работали в три смены круглосуточно. Труд в тюрьме также часто был связан с тяжелыми видами физической деятельности, которые являются более опасными для здоровья. Не хватало рабочей одежды и защитных мер для предотвращения несчастных случаев на производстве. В результате аварийность была значительно выше, чем на обычных промышленных предприятиях. Кроме того, медицинская помощь после несчастных случаев на производстве часто была неадекватной.

В случае неудовлетворительного выполнения своих обязанностей или отказа от работы следовали суровые санкции, тюремное заключение и даже физическое насилие. Свидетели сообщали, в частности, о запрете писать, избиениях, угрозах с последствиями для детей, переводе в стоячие камеры. Таким образом, характеристики принудительного труда удовлетворяются. Кроме того, этот принудительный труд, как правило, недостаточно оплачивался.

Таким образом, ГДР нарушил все международные соглашения Организации Объединенных Наций и Международной организации труда о репрессиях и запрете принудительного труда и даже не предоставил своим заключенным минимальные принципы обращения с заключенными Организации Объединенных Наций, даже несмотря на то, что он присоединился к последнему соглашению. Даже если Федеративная Республика Германия не может считаться правопреемницей ГДР в общем смысле, ценности Основного закона и статьи 17 Договора об объединении от 31 августа 1990 года налагают юридическое обязательство признавать несправедливость СЕПГ и создавать соответствующие механизмы компенсации жертвам диктатуры СЕПГ.

Сегодня подавляющее большинство бывших политических заключенных ГДР получили компенсацию за лишение свободы, от которой они пострадали, путем уголовной реабилитации. Это резко контрастирует с зачастую ненадлежащим обращением с ходатайствами о компенсации и продолжительностью соответствующих разбирательств. Однако эти положения о компенсации не распространяются на дополнительный принудительный труд, понесенный сверх простого лишения свободы, и нанесенный в результате этого психологический и физический ущерб здоровью, в связи с чем возникает необходимость в дополнительном регулировании. В целях содействия признанию косвенного ущерба, причиненного в результате содержания под стражей в ГДР и использования там принудительного труда, следует ввести презумпцию в пользу жертв диктатуры СЕПГ в случае типичных заболеваний, связанных с содержанием под стражей, или отменить бремя доказывания в соответствии с положениями Федерального закона о возмещении ущерба.

Кроме того, следует создать независимый фонд для выплаты компенсаций или возмещения ущерба бывшим подневольным работникам. Платежи в этот фонд должны производиться в первую очередь бенефициарами принудительного политического труда ГДР и их правопреемниками. В интересах жертв, политическим мандатам и лицам, ответственным за принятие решений, предлагается содействовать этому процессу. Мы приветствуем готовность ИКЕА участвовать в этом фонде.

Мы призываем компании и политиков следовать этому примеру. Для управления этим фондом можно рассмотреть возможность создания Фонда для политических заключенных или Фонда принудительного труда ГДР. С учетом преклонного возраста пострадавших лиц, необходимо принять срочные меры. Котбус, 13 сентября 2020.

 

Доктор Маттиас Бат
Питер Хайдт
Профессор доктор Хьюи Ли
Бада Нам
Карла Оттманн
Доктор Клара Пинерова
Профессор, доктор Томас Ширмахер.
Мэрион Смит
Арнольд Ваац