Судебной власти нужно возвращаться к открытости, журналистам – к стандартам

Радикализация медиапространства влияет на суды. Следствие — слишком жесткие наказания и меры предосторожности.

Директор кременчугской телекомпании «Визит» Александр Мельник обвиняется в убийстве бывшего мэра Кременчуга Олега Бабаева и судьи Александра Лободенко 2014 года. Мельник уже семь лет за решеткой, однако приговора до сих пор нет. Недавно Международное общество прав человека выступило в качестве третей стороны по делу «Мельник против Украины» в Европейском суде по правам человека. Это позволяет нам как общественной правозащитной организации подать в суд свои письменные заключения по этому делу.

Бывший директор кременчугской телекомпании «Визит» Александр Мельник, а также Александр Крыжановский, Игорь Куник и Игорь Пасичный (в отношении него приговор уже вынесен) — обвиняемые по делу об убийстве судьи и мэра Кременчуга. Международное общество прав человека отслеживает это дело с 2017 года. Это одно из более чем полусотни дел, по которым мы проводим независимый мониторинг. Оно является достаточно показательным о состоянии правосудия в Украине. Только за 2020 год мы зафиксировали в этом судебном процессе более пятидесяти нарушений прав обвиняемых, гарантированных национальным и международным правом. Это давление на адвокатов, нарушение права на защиту, игнорирование решений суда, некорректное использование или игнорирование практики Европейского суда по правам человека, давление на суд, нарушение разумных сроков судебного процесса, пытки и унижающее человеческое достоинство отношение. ЕСПЧ уже принял два решения по Игорю Пасичному и Игорю Кунику, которые констатируют нарушение права на рассмотрение дела судом в разумные сроки и то, что людей содержат под стражей слишком долго. Такое количество нарушений побудило нас вмешаться в процесс. В ЕСПЧ мы будем говорить о двух основных проблемах: игнорировании предыдущих решений этого суда и автоматическом продлении меры пресечения.

К сожалению, в Украине часто игнорируются решения ЕСПЧ, даже если они касаются конкретных нарушений по конкретным делам, или выполняются частично. Мы представим суду анализ распространенных причин и ситуаций, приводящих к нарушению права на свободу, а также причин, по которым национальные суды пренебрегают конкретными решениями ЕСПЧ.

Радикализация медиапространства влияет на суды. Когда медиа разжигают ненависть, суды, отвечая на общественный запрос, охотнее применяют самые жесткие виды наказания, самые строгие меры пресечения. Людей держат за решеткой без надобности, а судебные дела тянутся годами. Это показывает, насколько связаны эти две сферы — медийная и соблюдение прав человека.

Международное общество прав человека при поддержке Министерства иностранных дел Германии воплотило проект «Масс-медиа, формирование мнения, права человека в странах Восточного партнерства и России». Он охватил восемь стран – Азербайджан, Беларусь, Армению, Грузию, Молдову, Германию, Россию и Украину. В двадцати двух городах были проведены встречи, посвященные проблеме распространения недостоверной информации и разжигания вражды в СМИ.

В Украине встречи прошли в Харькове, Запорожье и Киеве. Уже на первой из них участники предложили проанализировать агрессивную риторику в украинском медийном пространстве и создать «рейтинг агрессивности» самых популярных медиа Украины. Этот рейтинг — условный термин, которым мы обозначили количество использованных слов-маркеров в самых популярных онлайн-изданиях и на сайтах телеканалов. Эти маркеры — оскорбительные слова, которые применяются к определенным категориям или отдельным людям. Это особенно касается темы войны. Очевидно, что мы должны уже сейчас думать над словами, объединяющими, а не разъединяющими страну, должны не разжигать войну, а залечивать раны, искать общие интересы и точки соприкосновения.

Мы определили ключевые оскорбительные слова, часто звучащие в СМИ. Первая группа — слова оскорбительного характера, касающиеся сторон конфликта: «укропы», «ватники» и т.д. Вторая — такие слова как «фашист», «пропагандист», «террорист», «сепаратист», также несущие негативную нагрузку. В частности, характеризуют людей как преступников, ведь терроризм и сепаратизм — преступления. Третья группа — «одиозный» и «скандальный»; эти слова могут свидетельствовать о склонности редакции навешивать ярлыки.

Оказалось, что чаще всего эти слова появлялись в трех изданиях: «Цензор», «Обозреватель» и «Украинская правда». Интересно, что комментаторы и авторы этих материалов используют как условно «проукраинские», так и условно «пророссийские» слова. Можно предположить, что частое использование оскорбительных слов свидетельствует об общей агрессивной атмосфере в медиапространстве, о запросе общества на черно-белую картинку. Вероятно, на это влияет и война.

Думаю, что решать эту проблему должны медиа, социологи и политики. Мы как правозащитники обращаем на нее внимание. Ведь свобода слова не может быть абсолютной. Очень хорошо об этом напоминает статья 10 Конвенции о защите прав человека и основополагающих свобод. С одной стороны, она дает каждому право придерживаться своих взглядов, получать и передавать информацию и идеи без вмешательства органов государственной власти и независимо от границ. Но осуществление этих свобод связано с обязанностями и ответственностью и может подлежать ограничениям или санкциям, установленным законом и является необходимым в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественной безопасности, для предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или морали, для защиты репутации или прав других людей, для предотвращения разглашения конфиденциальной информации или для поддержания авторитета и беспристрастности суда.

Коммуникация между медиа и судами почти прекратилась. В 2016 году, после последней конституционно-судебной реформы, судебная власть стала более открытой. Начался диалог между судами и медиа на форуме «Независимые суды и свободные СМИ». Однако за последние два года коммуникация идет преимущественно вокруг сопротивления новой судебной реформе и проблем с доступом к судебным процессам, возникающим у журналистов из-за карантина. С другой стороны, суды подвергаются значительному давлению со стороны медиа. Это не новая ситуация: Консультативный совет европейских судей давно обратил внимание на большое давление, которое испытывают суды.

Мы исследовали эту ситуацию и рекомендовали судебной системе больше коммуницировать с обществом, особенно по делам, которые вызывают значительный общественный интерес. С другой стороны, исследование показало характерную для всех стран Европы ситуацию: политики и медиа, особенно во время избирательных кампаний, могут использовать популистские или демагогические аргументы и сознательно дезинформируют общество, провоцируя безответственную критику судебной системы. Результат – атмосфера общественного недоверия к судебной власти. Консультативный совет европейских судей называет критику частью диалога, но указывает на четкую границу между свободой выражения взглядов и правомерной критикой, с одной стороны, и неуважением и чрезмерным давлением на судебную систему — с другой.

В Украине также много дезинформации, неправомерного давления на суд, особенно со стороны судебных процессов, полиции, прокуратуры и общественных организаций. Об этом свидетельствует исследование, результаты которого Международное общество прав человека представило на Восточно-Европейской конференции по дезинформации во Франкфурте-на-Майне в докладе «Проблема разжигания ненависти и дезинформации в СМИ в судебной сфере».

Среди ключевых проблем, на которые мы обратили внимание, – неотделение фактов от комментариев; злоупотребление авторитетом, когда известные общественные организации публикуют обвинения в адрес суда, указывая, что это не требует доказывания; неаргументированное «экспертное мнение»; использование агрессивной лексики, например оценка судей и прокуроров как «одиозных».

Проблемой остается нарушение презумпции невиновности в СМИ. Органы досудебного следствия поддерживают телепрограммы, в которых еще до решения суда выносят «приговоры» обвиняемым. Это недопустимо. Бывает, что журналисты, которые видят только часть судебного заседания, делают ошибочные выводы или подают информацию субъективно. Журналистов учат в вузах отделять факты от соображений и собственных выводов, но часто они забывают об этом, освещая судебные процессы.

Думаю, что судебной власти следует вернуться к задекларированному в 2016 году принципу открытости, а журналистскому сообществу обращать больше внимания на нарушения журналистских стандартов и правовых принципов освещения судебных дел.

Антон Алексеев, руководитель Информационно-аналитического центра Международного общества прав человека

 

Источник: zz.detector.media

Фото: Towfiqu barbhuiya / Pexels